Кобыла, что когда-то жила на луне (глава 11 ч.2)



Автор: MrNumbers
Оригинал: The Mare Who Once Lived on the Moon
Рейтинг: T
Перевод: RePitt
Редактор: Randy1974, LeKos_N, RinoNeiber, Dmitro MacRoady

В мире бронзы и пара Твайлайт Спаркл думала, что с изобретением новой модели телескопа она сделала открытие, изменившее ее жизнь. К добру или к худу, но она была права.

Ее открытие изменило не только ее жизнь, но и жизни тех, кого она нашла в своей отчаянной попытке связаться с единственным существом, таким же одиноким, как сама Твайлайт.

Все было бы гораздо проще, окажись это кто-нибудь другой, а не та, кого Твайлайт могла назвать лишь Кобылой на луне.

Анимационный трейлер к рассказу: тыц!
Ponyfiction

Глава 11: Кобыла, что полюбит лунуТвайлайт уже поставила копыто на рычаги, начала наводить прицел, когда услышала то, чего не слышала уже очень давно.

Sol invictus? – торжественно произнесла единорожка, ни к кому конкретно не обращаясь, с угрожающей решимостью, когда другой рычаг с клацанием встал на место. – Sic Semper Tyrannis.

Звон серебряных колокольчиков разнесся по всей библиотеке.

Кто-то нажал на кнопку дверного звонка. Часть пара пошла на его активацию, из-за чего давление в обсерватории упало и на мгновение вращение замерло. Намеренно или нет, но кто-то остановил единорожку.

Ну что же.

Твайлайт глубоко вздохнула. Голос Спайка раздался из переговорной трубы:

– Ты слышала это за шумом механизмов? Кто-то ждет тебя у двери.

– Д-да, Спайк. Конечно. Я поняла.

– Ух. Твой голос… Твой голос какой-то странный. Хочешь, чтобы в этот раз я сходил открыл?

– Мне потребуется немного времени, чтобы добраться до двери, так что да, будь добр. Кроме того, не мог бы ты приготовить мне чашку чая, пока я спускаюсь вниз? Я думаю, что он может помочь.

– Ах да, конечно. Молоко, два кусочка сахара?

Спайк знал, что Твайлайт кладет сахар в чай, когда ей плохо.

Неужели она чуть не совершила ужасную ошибку?

–  Да, пожалуйста.

Она долго шла к лифту, ожидая приговора за действия, которые еще не совершила.

* * *

Две кобылки сидели в самодельном домике на дереве, а их сестры о чем-то ругались друг с другом. Жеребята наблюдали за происходящим из-за кучи свежих яблок, сложенных в углу, на случай, если события станут достаточно интересными, чтобы, наблюдая за ними, захотелось перекусить.

Эппл Блум и Свити каждая взяла по яблоку, когда Эпплджек стала достаточно шумной, чтобы снять кепку и начать экспрессивно махать ей, в то время как Рэрити корчила смешные мордочки и странно жестикулировала.

– Твоя сестра очень странная, – высказала свое мнение Эппл Блум.

Свити на это лишь фыркнула, откусывая кусочек своего яблока. Оно было настолько сладким и сочным, что от давления зубов по подбородку единорожки потекли струйки сока.

– Пони в стеклянных домах.

– Это называется теплица, и это совершенно обычная фермерская практика.

– Что? Нет, я имею в виду… Наверное, это похоже на библейскую аллегорию, да?

Эппл Блум, казалось, на мгновение серьезно задумалась над этим вопросом.

– А что такое “библейское”?

– Рэрити говорит, что это опиум для народа.

Земнопони задумчиво откусила кусочек яблока, а ее сестра замахнулась на сестру подруги. Однако сестра ее подруги легко уклонилась от удара. Это было на самом деле довольно круто.

– Эпплджек и Биг Мак не выращивают опиатов. Говорят, что у них слишком крепкие морально-нравственные устои для такого. А поскольку устои это хорошо, то мы выращиваем яблоки.

Это звучало разумно для Свити, которая задумчиво кивнула.

– Рэрити однажды дала мне немного лоу… лау… лауданума, когда у меня был очень сильный кашель, и это заставило меня чувствовать себя лучше, но в тоже время я чувствовала себя очень больной.

– О том и речь, – подвела итог Эппл Блум. – Подожди, о чем мы вообще говорили?

– Почему наши сестры такие странные и дерутся.

– А-а-а, точно, – земнопони снова вгрызлась в яблоко, наблюдая из окна клуба, как Рэрити превратила плоскую кепку Эпплджек в цилиндр, к большому ужасу ее сестры. Кобыла-фермерша набросилась на белую леди. – Интересно, из-за чего они устроили драку?

Свити решила покрасоваться, небрежно поднеся яблоко ко рту левитацией, но затея с треском провалилась, так как магии хватило только на то, чтобы просто опрокинуть плод. Эппл Блум не засмеялась, но, казалось, понимающе улыбнулась, отчего единорожка покраснела, чуть не умерев со смущения на месте. Кобылка решила сменить тему разговора, чтобы отвлечь земнопони от своего фиаско.

– А что так разозлило твою сестру?

– Обычно Эпплджек так бесится только тогда, когда кто-нибудь рассказывает ей о чудесах индустриализации. Она с этим не ладит.

– Ох. А с чего это вдруг?

– Гордость, наверное. Семейное наследие. По ее мнению, это все остальные пони виноваты в том, что не хотят лучших продуктов в Эквестрии.

Свити откусила еще кусочек яблока, убедившись, что на этот раз использует копыта.

– Но это и правда очень хорошие яблоки.

– Лучшие в Эквестрии, – повторила Эппл Блум.

Теперь их сестры вновь перешли к крикам. Эпплджек пригрозила взять лассо и хорошенько связать единорожку. Рэрити пригрозила, что ей это понравится.

– Наши сестры странные, – сказала Свити.

– Эй, ты не хочешь спросить у них, можем ли мы снова навестить Спайка? Он классный.

– Может быть, мы и с Пинки там встретимся!

– Но вот она точно странная, – проворчала Эппл Блум. – Милая. Но странная.

Свити Белл просто указала за окно домика. Рэрити вскочила на спину Эпплджек, а земнопони бегала кругами, пытаясь ее сбросить. Цилиндр, казалось, каким-то образом приклеился к голове фермерши.

– Ладно, замечание насчет странностей принято.

– Интересно, не одолжит ли нам Твайлайт несколько книг?

Эпплблум фыркнула.

– Только не думаю, что у нее есть что-то с картинками.

Свити хихикнула, но замолчала, когда земнопони вздрогнула. Это заставило маленькие шестеренки закрутиться у нее в голове.

– Ты не умеешь читать?

Эпплблум покраснела точно так же, как Свити, когда не смогла взять яблоко магией.

– Ну-у-у… как бы да. Я могу читать отдельные слова, если их произносить вслух, и я прекрасно справляюсь с расчетами – Эпплджек позволяет мне помогать ей  вести учет, просто чтобы держать мой разум острым, как топор – но если наставить слишком много слов слишком близко друг к другу, у меня просто начинает кружиться голова.

– Да. Тогда мы со Спайком могли бы тебе помочь с чтением, а ты научишь меня считать.

– Ты не знаешь математики?

Свити улыбнулась с легким оттенком горечи, что резко контрастировало со смущением Эппл Блум.

– Рэрити говорит, что таким хорошеньким леди, как нам, не обязательно знать математику, потому что мы найдем либо хороших мужей, либо хороших помощников. Поэтому я так и не научилась.

– Ух.

– По крайней мере, она считает меня хорошенькой. Поэтому я не злюсь или типа того.

– Ну… ладно, хорошо. Итак, если мы заставим наших сестер прекратить ссориться и отвести нас в библиотеку, то я помогу тебе с умножением, а ты поможешь мне со словами?

– Ага! – пискнула единорожка, ее голос сорвался от волнения. – Мы просто должны заставить наших тупых сестер перестать быть такими…

– Тупыми?

– Да.

Эппл Блум откусила еще кусочек яблока, прежде чем подбросить его в копыте, оценивая вес.

– Я предлагаю кидать в них яблоки, чтобы они разозлились на нас больше, чем друг на друга.

– Пойдет!

Кобылки подготовили целую кучу яблок в домике на дереве, вооружившись во имя дружбы и знаний.

* * *

Пинки высвободилась из объятий своего бывшего-и-возможно-все-еще-отца. Казалось, жеребец испытал облегчение, но не от того, что Пинки отпустила его, а от того, что ее объятия оказались такими крепкими.

– Меня удивляет, малышка, что… Твайлайт Спаркл, – это колебание было вызвано не выпавшим из памяти именем, а тем что Брайт Спаркс словно готовился откусить кусок особенно неприятного вареного шпината – не настроила тебя против меня.

Дэш молча наблюдала за происходящим, все время следя за “наемными мускулами” краем глаза. Пинки решительно помотала головой.

– Нет! Твайлайт никогда не говорит о тебе гадостей. Вообще-то она очень милая.

Дэш прикусила язык. Но как выяснилось недостаточно.

– Надиктовано, но не прочитано, да?

Флагман промышленности фыркнул и даже улыбнулся.

– Я вижу, вы получили мое письмо. Я на самом деле придерживаюсь о вас определенно высокого мнения, мисс Дэш. Большая тяга к приключениям, способности, далеко превосходящие ваших сверстников, и довольно неплохой хук справа. Совершенно непонятно, почему вы заставили себя заниматься бумажной работой.

– Моя новая нанимательница тоже много болтает, как и ты, но она, в отличии от тебя, позволяет мне играться с большими игрушками, – пегаска пошевелила бровями и намекающе подмигнула. Внутри у нее все обливалось потом. Пинки… Пинки была…

Ситуация была сложной, и Дэш просто ненавидела происходящее, ей просто хотелось лягнуть старого хрыча еще раз и покончить с этим, но Спаркс на самом деле вел себя круто, и Пинки смотрела на него так, как смотрела, и пегаске не хотелось потерять подругу из-за какого-то тупого мачистского куска бычьего навоза, уж простите за выражение.

Поэтому Рэйнбоу терпела. Она тоже могла быть дружелюбной. Черт возьми, она победит его в его же собственной игре.

– Как я рада тебя видеть! – Пинки была вся в подпрыгиваниях, объятиях, волнении и энергии, а Брайт Спаркс казался скорее благодарным, чем раздраженным. – Что ты вообще здесь делаешь?

– Подозреваю, то же, что и ты, моя дорогая. Подача патентов, подача патентов.

На мордочке Голден появилось очень странное выражение, которое Дэш никак не могла понять. Кобыла очень старалась, чтобы все так и оставалось.

Рэйнбоу Дэш слабо улыбнулась.

– Вы сами оформляете патенты? Я думала, что у вас есть помощник, который будет делать за вас всю скучную бумажную работу.

– Да, но именно так я и поступаю! – с энтузиазмом согласился Брайт Спаркс. – Однако я бы никогда не назвал патенты скучными. Просто никогда не знаешь, с кем можешь встретиться.

Пинки Пай ахнула, снова крепко обнимая жеребца.

– На этот раз это была я!

– Да, дорогая, именно так. И это очень хорошо, что мы встретились.

Вся эта сцена казалась Дэш очень неправильной, как на это ни посмотри. Просто она никак не могла сообразить, почему.

Голден вела себя по-деловому.

– Вас тоже прислали сюда от стойки регистрации, мистер Спаркс, сэр?

– О нет, конечно нет. Я просто зашел поздороваться со своими друзьями, коли уж я здесь. Возможно, даже завести парочку новых, из тех, кто попадется мне на глаза.

Это звучало… разумно.

Голден, не переставая улыбаться, продолжила достаточно легкомысленным тоном.

– В таком случае, какое удивительное совпадение, что вы пришли в течение часа как появилась другая пони с патентами, столь похожими на ваши. Просто поразительно.

Это явно немного задело жеребца за живое.

– Э-э, да. Ну да, так и есть. Очень счастливое совпадение, должен заметить. Что я слышу, Пинки, ты решила зарегистрировать свои собственные патенты?

– Ох! Рэйнбоу сказала, что у меня должны быть свои деньги, хотя Твайлайт и очень мила со мной. Дэш говорит, что я должна попробовать быть сильной, независимой кобылой, как она.

– Это правда, я довольно сильная и кобыла, – согласилась пегаска.

Ответ Спаркса был быстрым.

– Да. Ну, это очень зрелый шаг для тебя, Пинки. Но подача всех этих патентов самостоятельно может быть очень дорогой! Ты уверена, что можешь позволить себе все эти траты?

– Я просто уверена, что не могу! Но Рэйнбоу была очень мила и сказала, что возьмет на себя административные расходы. Однако мы надеялись получить скидку при оптовой подаче патентов.

Это было несложно. Пегаска просто не будет платить за квартиру в этом месяце. И это прекрасно. Ее домовладелица пыталась выселить Дэш с тех пор, как она потеряла работу в компании Спаркса.

Пинки с пегаской выжидающе посмотрели на Голден.

– Ах, извините, но это так не работает.

– Ох…

– Ох…

У Брайта Спаркса, по крайней мере, хватило совести выглядеть разочарованным.

– Я уверен, что у вас, по крайней мере, хватит денег, чтобы запатентовать те проекты, которые не посягают на мои патенты, – произнес жеребец. “Наемные мускулы” позади него слегка напряглись в неровных рассеянных тенях плохо освещенного помещения, что делало их еще более уродливыми и зловещими.

– Погодите-ка, – Дэш почувствовала слабину в аргументах, и, как всякий по-настоящему пытливый ум, решила разобраться. – Откуда ты знаешь, что они посягают на твои патенты?

– Я могу видеть некоторые из них отсюда, мисс Дэш. Рэйнбоу, почему вы с таким подозрением ко мне относитесь?

– Хм-м-м, – пробормотала Голден, но ее все в основном проигнорировали.

– Полагаю, это правда. Простите, что я такая нервная. Очевидно, что я веду себя несправедливо и очень неспортивно. Совсем недавно мне в голову целились из винтовки, и я, несомненно, пребывала в довольно дурном расположении духа, – заявила пегаска с гордостью.

– Все в порядке, Дэши, мистер Спаркс все время что-то патентовал за меня. Тогда я еще толком не знала, что это такое. Так что он просто помнит, с чем он мне помогал раньше, как мне кажется. Некоторые из тех чертежей и правда были очень старыми, верно, мистер Спаркс?

Улыбка жеребца стала слабой и хрупкой, хотя и не уменьшилась, но тем не менее казалось, что она стала меньше.

– Ты права.

Шерсть на загривке Дэш встала дыбом, но она все еще не могла понять почему.

– О, замечательно, – вмешалась Голден, вклиниваясь в разговор, как будто пробуждая участников от сна, в котором офис вокруг них просто исчез, – тогда мисс Пай уже должна быть в наших документах, и мы можем значительно ускорить процесс. Я уверена, что такой уважаемый жеребец, как вы, подавал патенты на ее имя?

Брайт Спаркс вытащил из кармана фрака платок и вытер рот, уделяя особое внимание тому, чтобы скрыть выражение свой морды.

– Мисс Пай в то время была моей иждивенкой, и мне поручили вести ее финансовые дела. Гораздо целесообразнее было просто подать ее патенты вместе с моими под одним именем.

Голден выглядела очень серьезной.

– Вы отдаете себе отчет, мистер Спаркс, что то, что вы говорите, может быть признанием в совершении тяжкого преступления?

Хрупкая улыбка жеребца стала жестче. Он замел след, оставленный Пинки!

– Да нет же, глупышка, – рассмеялась Пинки, к немалому удивлению Дэш, – мистер Спаркс просто был милым.

Голден пристально посмотрела на мордочку Дэш… какие бы противоречивые эмоции она ни выражала. Они обменялись понимающими взглядами. Правда, что понимающими, пегаска не совсем поняла.

– Ну, Пинки, если это так, то вот мой ключ от архива. Видишь вон того пони в твидовом пиджаке и зеленом галстуке-бабочке? Да, он там, куда я показываю. Почему бы тебе не пойти и хорошенько не попросить его просмотреть патенты, которые мистер Спаркс подал для тебя, и ты принесешь их сюда, а мы посмотрим, сможем ли мы тебе помочь. Мне бы очень хотелось их увидеть! Не волнуйся, Даст Джакет хороший пони.

Маленький медный ключик на льняном шнурке был передан в копыта земнопони из небольшого поддона на столе, и Пинки помчалась как ракета, чтобы поговорить с предположительно Даст Джакетом. Брайт Спаркс улыбнулся и помахал ей копытом, сохраняя самообладание до той самой секунды, пока Пинки не скрылась из виду. В этот самый момент маска спала, обнажив выражение чистого гнева и ярости вместо добродушного счастья.

– Чего вы хотите, мисс Дэш?! Почему вы так хотите настроить ее против меня?

– Ну, ты тут играешь чертовски грязно. С чего ты решил…

Голден перебила пегаску, но не повышая голос, а наоборот, говоря тихо, так что нужно было напрягаться, чтобы услышать ее.

– Как давно у вас в этом офисе есть крот, мистер Спаркс?

Гневное негодование только росло.

– Простите, мисс? Я вас знаю?

– Нет, но вы, очевидно, стали причиной значительного количества лишних бумаг, заваливших мой стол, и это меня несколько раздражает. Поэтому я спрошу еще раз: как давно у вас в этом офисе есть крот, мистер Спаркс? Потому что у вас явно есть какой-то пони, который сообщает вам, когда кто-то подает патенты, похожие на ваши, так что вы можете тут появиться и лично со всем разобраться. Я полагаю, путем устрашающего присутствия.

– Это беспочвенные обвинения.

У Рэйнбоу было идеальное опровержение.

– Нет, не беспочвенные. Ты полный придурок. Это факт.

На этот раз жеребец даже не удостоил ее взглядом.

– Мисс Дэш, тут взрослые разговаривают.

Спокойный голос, как у дипломата в зале суда, донесся со стороны Голден.

– Она пытается помочь своей подруге. Она так же заинтересована в этом разговоре, как и все остальные.

– Ее подруге? – вспылил Спаркс. – Ее подруге? Я посвятил больше десяти лет воспитанию гения в этой измученной душе, и лишь для того, чтобы ее забрали с самыми низменными целями.

– Например, претендовать на ее патенты, как на свои собственные?

Жеребец демонстративно проигнорировал это.

– Это же возмутительно незаконно, не так ли?

– Только если ты сможешь это доказать, – тихо прорычал Спарк, и внезапно его “наемные мускулы” оказались между ним и Дэш с Голден. Они что-то настойчиво шептали ему, но жеребец не обращал на них внимания. – А до тех пор эти патенты нарушают мои. И до тех пор, пока моя помощница добровольно не будет возвращена мне, ты никогда не увидишь ни бита прибыли от ее работ, ты вороватая меркантильная сука.

* * *

Чашка сладкого чая и кружка горячего шоколада стояли на подставках, рядом с которыми лежали канцелярские принадлежности и стопка бумаги. Кобылка склонилась над одной из страниц с пером в копыте, выводя последние три пары букв: Э э, Ю ю, Я я.

Страница взлетела в воздух и находящаяся позади кобылки Твайлайт начала изучать ее, задумчиво бормоча что-то под нос.

– У тебя очень красивый почерк. Ты никогда раньше не занималась письмом?

Скуталу обуревали противоречивые эмоции. Жизнь на улицах быстро учит искать скрытое везде, где только можно, будь то скрытое под плащом или просто среди слов. И конечно, за этой фразой могло много что скрываться, но прежде чем кобылка успела разозлиться, она подняла глаза от листа на искреннюю яркую и счастливую улыбку на мордочке Твайлайт, и закипающий гнев сменился холодным стыдом.

Поэтому Скуталу просто ответила:

– Нет, никогда.

– Ну, я бы никогда не догадалась, просто взглянув на написанное. Ты знаешь, что означают эти буквы, или просто запомнила их форму?

И снова Скуталу пришлось бороться с желанием нагрубить в ответ, рассматривая сказанное как оскорбление.

– Только форму. Иногда я вижу вывески и афиши, а рисование мне всегда давалось легко. Я думала, что если буду достаточно практиковаться в рисовании букв, то они начнут обретать для меня смысл.

Перед кобылкой снова оказался лист с алфавитом. Твайлайт села на стул справа от нее и выражение ее мордочки было явно любопытным.

– И как, сработало?

– Совсем чуть, – призналась Скуталу, пытаясь выкинуть эту мысль из головы. – Оказывается, ты не всегда можешь понять что-то, просто наблюдая за этим достаточно пристально, даже если тебе и кажется, что так должно произойти.

Твайлайт долго ничего не говорила на это, лишь сглатывая, пытаясь смочить внезапно пересохшее горло.

– Мудрые слова.

– Для жеребенка, да? – буркнула Скуталу.

– Думаю, мне было бы очень легко забыть о твоем возрасте.

Скуталу пришлось приложить значительные усилия, чтобы не огрызнуться, но, к счастью, взрослая пони, которая была настолько честна с ней, сбивала с толку, а замешательство было не сильно хорошим топливом для злости.

– Ну, так ты мне скажешь, что они означают, или нет?

– Ох! – и снова Твайлайт была вырвана из глубин самоанализа и возвращена в ее «учительское» состояние. – Кое-кто волнуется. Как насчёт… Я даже не знаю. Никогда раньше не учила жеребят читать. Мне кажется, что было бы проще всего начать с коротких слов и потом двигаться дальше?

Мордочка Скуталу сморщилась.

– А ты не можешь просто сказать мне, как звучат буквы, и я со всем и так разберусь?

Твайлайт задумчиво улыбнулась.

– Боюсь, что нет. Язык, он… достаточно сложен. Например, давай просто начнем с буквы «А»…

– Значит, она просто звучит как «А», верно? – перебила ее кобылка. – Давай следующую букву!

–… Ну, давай соединим ее со следующей буквой, «Б», которая обычно произносится как звук «б». Вместе они могут звучать как «б» и «а», но возможны и другие варианты, – Твайлайт записала несколько слов, где сочетание букв “а” и “б” читалась по разному в зависимости от положения в слове.

Скуталу следила за происходящим, как за самым злобным колдовством.

– Это жульничество! – запротестовала кобылка. – Ты не можешь просто поставить рядом две одинаковые буквы и заставить их издавать совершенно разные звуки!

– Все ещё хуже, – серьезно произнесла Твайлайт, просто чтоб слегка нагнать драматизма, – некоторые слова даже пишутся одинаково, но обозначают разные вещи, в зависимости от того как их произнести, например «за́мок» или «замо́к».

Единорожка записала и эти слова, одновременно произнося их.

Скуталу с подозрением уставилась на написанное, произнося его одними губами.

– Ну, наверное, в этом есть смысл. Ведь букв для использования не так уж и много, да?

– Но! – добавила Твайлайт, почти угрожающе помахивая ручкой, а ее восторженная улыбка делала все происходящее еще хуже. – Слова могут произноситься одинаково, а писаться по-разному, например «везти́» и «вести́» пишется воттак.

Когда единорожка их писала, кобылка выглядела так, словно ее, того гляди, удар хватит, и один только вид слов вызывал у нее приступ ярости.

Скуталу стукнулась мордочкой об стол, а потом еще несколько раз для пущей убедительности. Наконец она снова взглянула на Твайлайт.

– Подожди… может, ты еще скажешь, что есть слова, которые пишутся одинаково, звучат одинаково, но при этом означают ваще разные вещи? Так ведь… Да, не-е-е, быть такого не может, – заявила кобылка, хотя она явно просто пыталась себя успокоить, чем действительно верила в то, что сказала.

– Это называется омонимами! – Твайлайт буквально светилась от восторга, после чего написала еще пару слов. – Например “лук” это и оружие со стрелами и растение, которое растет в огороде. Или “ключ” – инструмент для открывания дверей и исток ручья.

Скуталу была прямо-таки поражена.

– И они пишутся одинаково?

– Боюсь, что да.

Голова кобылки в последний раз ударилась о стол и больше не поднималась. Тем не менее даже сквозь дерево стола Твайлайт смогла разобрать, как Скуталу пробормотала:

– Это будет намного сложнее, чем я думала.

Но кое-кто еще слышал их вполне отчетливо.

– Я не уверена, что давала согласие на это, мисс Спаркл. Скуталу? Поблагодари, мисс Спаркл за потраченное время, нам пора идти.

Кобылка так и не подняла головы от стола, но голос ее звучал холодно, как лед, который арктическим потоком пронесся по венам Твайлайт:

– Привет, Матрона.

* * *

Рэйнбоу на мгновение замерла как вкопанная. Как будто вспомнив, что всего секунду назад этот жеребец назвал ее очень… грубым словом. Желание вымыть Спарксу рот с мылом было непреодолимым, но внезапно в ее распоряжении оказался мощный инструмент – зрители.

Вспышка Брайта Спаркса, возможно, и ошеломила новую подругу-клерка, заставляя подчиниться, но Дэш видела, что пристальные взгляды остальных пони в помещении прикованы к происходящему – к ним.

Великолепно.

– А что, если в таком случае мы подадим на вас в суд, сэр, по поводу авторских прав и использования интеллектуальной собственности нашей общей подруги?

– Тогда вы проиграете, и я буду отбирать у вас каждый бит ближайшие десять лет.

Холодно. Это было холодно. И это было прекрасно, Рэйнбоу могла быть теплой и достаточно веселой за них обоих! Ответный удар!

– Я не говорила, что мы собираемся победить, сэр, просто привлечь вас к суду.

Вот теперь, теперь понимание засветилось в глазах Голден. Она тоже стала замечать взгляды вокруг себя и даже если они пугали ее… то тем не менее она начала понимать.

Кобыла в красном платье что-то прошептала себе под нос.

– На каком основании? И с какими доказательствами? – охранники все еще пытались оттащить Спаркса, и один из них предложил послать за адвокатом. Это потом. – Ты готова погубить себя ни за что!

– Ну да, – пожала плечами пегаска, – я просто вернусь к тому, с чего начала. Но как ни крути, это будет куча обвинений в уголовных преступлениях, ведь так? И даже если мы не сможем вернуть Пинки права на ее изобретения…

– Наши изобретения!

– От которых всю прибыль вы получали единолично, – многозначительно добавила Голден.

–… тебя ведь все равно арестуют, правда?

– И у газетчиков будет настоящий праздник. Так и вижу все эти обвинения на первых полосах газет. Даже если из судебного разбирательства ничего не выйдет, общественное мнение тебя просто распнет.

– Это была бы отличная история.

– Довольно! – копыто Брайта Спаркса ударило по деревянному полу, и Голден с Дэш замолчали. – У вас нет никаких доказательств. И улик нет. И связей, как у меня. Я бы мог добиться вашего увольнения, мисс Голден, и, возможно, так и сделаю, а поднять против меня бучу в прессе тоже не получится, так как именно я являюсь ведущим поставщиком запчастей для их печатных прессов. Все, что вы говорите, лишь блеф и пустые угрозы. Эти патенты нарушают мои, и что бы вы ни говорили по этому поводу, они зарегистрированы и действуют. Но вы – похитители Пинки – все еще думаете, что имеете моральное превосходство надо мной и имеете на это право? Ну что же, значит, вы заслуживаете все, что я сделаю. Мое следующее письмо в Стражу насчет вас, мисс Дэш, уже не будет столь любезным.

Ох.

Пегаска посмотрела на Голден. А та даже не… Нет, тут от нее уже помощи не дождешься. Ни у кого не было сомнений, что она только что потеряла работу из-за происходящего.

И Рэйнбоу выпрут из дома по той же причине.

И именно в эту секунду, в этот момент горького осознания и Голден и Дэш, казалось, побледнели и выцвели, потеряв свой прежний цвет. Пока обе кобылы молчали, Брайт Спаркс не улыбался, не ухмылялся и не делал ничего столь отвратительного. Он просто оставался непреклонным, гнев покинул его.

Казалось, в глазах пегаски все потемнело. И тьма была… мягкой?

– Угадай, кто! – крикнул ей в ухо очень бодрый голос.

– Пинки?

– Агась! Я принесла кое-какие бумаги, которые вы просили, – она вручила толстую пачку подписанных и заверенных патентов болезненно выглядевшим Голден и Дэш.

– Это было очень быстро, Пинки, – Спаркс улыбнулся, и улыбка казалась искренней и теплой. – У тебя довольно хорошая память, раз ты так быстро нашла так много и так быстро!

– Не-е-е, все было гораздо проще, мистер Спаркс, – Пинки смущенно покраснела от похвалы и скромно махнула копытом, – я лишь нашла те, на которых была моя подпись.

Все замерли. Голос жеребца был ровен и очень спокоен, когда он спросил:

– Что?

– Да, я знаю, что не должна была, но вы говорили, что я должна все подписать, верно? Поэтому я прятала “ТЕСЛА” на всех чертежах, которые делала. На тех, которыми я очень гордилась! Например, вот тут я поместила его в верхний правый угол, видите? А тут добавила в систему координатных осей… Ох, вот, если вы посмотрите очень внимательно, то заметите, что я использовала буквы ТЕСЛА в качестве компонентов формулы, так как я все равно использовала нестандартные обозначения.

Ошеломленная Голден рылась в куче патентов, пока Дэш передавала их ей. Как только кобыла положила один из них на стол, Спаркс молча взял его и взглянул лично.

Существует определенная стадия излечения синяка, когда цвета настолько уникальны и смешаны, что образуют совершенно новые оттенки, которые не получается описать конкретным названиями. Сейчас же на морде Брайта Спаркса отразилась такая сокрушительная смесь противоречивых и взаимодополняющих отрицательных эмоций, что их простое перечисление было бы медвежьей услугой по отношению к получившейся сумме.

– Был… рад повидаться с тобой, Пинки, – наконец выдавил из себя жеребец. – Не стесняйся заходить в любое время. Мисс Дэш, мои юристы свяжутся с вами. Так что Пинки не придется иметь дело со скучными деталями… всего этого. Такая умная кобылка, как она, не должна беспокоиться о таких вещах.

– Э-э-э, да. Конечно.

Пинки помахала копытцем, когда предприниматель, ссутулившись, вышел из помещения. Жеребец даже не оглянулся.

* * *

– Откуда ты узнала, что я не просто пошла следить за кем-то?

– Потому что, – терпеливо объяснила Флаттершай, – ты не испытываешь такого смущения, когда идешь обворовывать пони. В чем, надо заметить, вы хороши, юная леди.

– Простите, Матрона, – пробормотала Скуталу, болтая копытами под столом, все еще не уверенная, должна ли она встать или продолжать сидеть. В конце концов кобылка решила оставаться на месте, пока ей не скажут обратного.

Ее новая наставница решила встать на защиту ученицы.

– Я и правда не возражаю, мисс Флаттершай. Скуталу действительно очень быстро учится.

Желтая пегаска, казалось, не обратила на это внимания, продолжая буравить взглядом Скуталу.

– А что ты пообещала мисс Твайлайт взамен?

– Н-ничего! Я просто очень вежливо попросила и сказала «пожалуйста», как ты и говорила.

Флаттершай рефлекторно вздернула бровь и опустила ее в ту же секунду, когда поняла, что Твайлайт наблюдает за ней. Периферийное зрение привыкшего присматривать за жеребятами и все такое.

– Это правда, мисс Твайлайт?

– Да, она сказала «пожалуйста». Очень настойчиво, должна добавить.

Медленное покачивание желтой головы, такое медленное, что не потревожило ни одного розового волоса в гриве.

– Очень приятно это слышать, но, боюсь, я имела в виду совсем другое.

Твайлайт с каждой секундой все меньше понимала происходящее. Все это начинало походить на допрос родителями.

– Ох. Нет, Скуталу проделала весь этот путь только для того, чтобы попросить научить ее читать, и я ни о чем ее не просила.

– И вы не возьмете с нее плату за, скажем, книгу для начинающих? Или, например, за использование места в библиотеке?

– Ну, у меня нет никаких книг для начинающих, так что я собиралась написать несколько простых уроков сама. А уж места-то в библиотеке как раз в избытке, так что проблем с этим нет.

Матрона выглядела разочарованной и даже очень. В ее глазах было так много недоверия, и Скуталу поймали, когда та участвовала во всем этом.

– Эй, а ты чья сестра? – раздался от порога голос с деревенским акцентом.

К нему присоединился еще один достаточно резкий голос.

– По-моему, она похожа на Рейнбоу. Я и не знала, что у нее есть сестра…

– Эппл Блум! Свити Белль! Что вы тут делаете? Как вы сюда попали?

Кобылки медленно потрусили к столику для чтения, за которым сидели другие пони, слишком поглощенные общением друг другом, чтобы обращать внимание кого-то еще, кроме Твайлайт.

– Дверь была открыта.

– Мы бы постучали, но пони-стражи выглядели сильно жутко, и мы решили не задерживаться.

Тычок в бок Свити был скорее раздражающим, чем болезненным.

– Эй, хватит уже выставлять напоказ, что ты умеешь читать, а я нет. Не используй такие длинные слова.

– Тут всего пять слогов.

– Все равно.

Наконец Свити уселась на стул напротив Скуталу и Твайлайт, а Эппл Блум выдвинула стул рядом со Свити.

– Ой, точно! Привет, Твайлайт. Эппл Блум совсем плохо умеет читать, а Рэрити не позволяет мне учиться математике, так что мы надеялись, что…

– Если ты простила нас за прошлый раз!

–… что ты поможешь нам научиться?

Твайлайт на секунду замолчала. Она до сих пор так и не выяснила, откуда взялись эти комнатные растения. И книг по-прежнему не хватало. Но ведь тогда эти две кобылки смогут научится чему-то новому, и вот они сидят за столом напротив Скуталу, глядя на Твайлайт с таким нетерпением. У Свити был такой вид, будто она вот-вот расплачется, если услышит «нет»…

– Меня это вполне устраивает, девочки. Но на этот раз вы должны пообещать вести себя хорошо, договорились? И в следующий раз спрашивать, прежде чем приходить.

– Нам очень жаль, – ответили кобылки в унисон. Только теперь, когда задание было выполнено, они наконец решили осмотреть других пони в комнате. Наступил немного неловкий момент, когда все присутствующие внезапно обнаружили, что вообще-то они тут не одни.

Во время всего этого разговора Матрона просто молча наблюдала, позволяя происходящему течь мимо. Наконец она сделала едва заметный жест Твайлайт, и они тихо отошли в сторону, оставив жеребят наедине. Те уже были слишком возбуждены общением друг с другом, чтобы заметить исчезновение взрослых.

– Что вы думаете по этому поводу, мисс Спаркл?

– Ты имеешь в виду мой учебный план? Я просто хотела познакомить Скуталу с алфавитом и…

– Нет! – Флаттершай ткнула единорожку в грудь кончиком копыта. Яростный жест, который все еще был легким, словно перышко. – Я отклонила ваше предложение. Что вы надеетесь получить, обучая Скуталу, несмотря на это?

– Надеюсь, что в мире будет на одного неграмотного жеребенка меньше, – коротко ответила Твайлайт. – Мне не нравится твой тон, Флаттершай.

Единорожка отбросила формальности и вежливость. Это было похоже на удар.

– Я не знаю твоего положения. И не могу его понять. Я охотно признаю это. Но лишать пони помощи лишь потому, что они не находятся на одном и том же уровне бедности, просто смешно!

– Каждый из этих жеребят пострадал от того, что богатые пони эксплуатировали их, говоря, что это было для их же блага, потому что им платили справедливое жалованье. Уж простите меня за подозрительность!

– Нет, не прощу! – возразила Твайлайт, уже кипя от злости. – Потому что здесь нет богатых и бедных, а есть немедленное получение прибыли и инвестиции. Если ты так сосредоточена на том, чтобы они просто пережили сегодняшний день, не планируя, что будет дальше, тогда именно ты здесь проблема. Ты обрекаешь этих жеребят на нищенскую жизнь, подобно большинству неотесанных фабричных рабочих.

Флаттершай застыла неподвижно как статуя, с застывшим выражением мордочки и слегка приоткрытым ртом, словно собираясь что-то возразить.

И именно тогда Твайлайт почувствовала, как хук правой попал ей в голову.

* * *

Жеребята тем временем не обращали внимания на разговор взрослых, происходивший всего в нескольких метрах от них, потому что какой толк в библиотеке, которая не может глушить лишние звуки?

Скуталу была в восторге от своих новых друзей.

– Ты знаешь Рэйнбоу Дэш?

Эппл Блум фыркнула.

– Да, она довольно крутая. Жаль, что она не держится подальше от наших деревьев, это очень злит мою сестру.

– Я тоже думаю, что она крутая! Но она мне не сестра…

Свити начала перебирать записи, оставленные Твайлайт на столе.

– А кто тогда твоя сестра?

– У меня ее нет. Или родителей, прежде чем вы спросите. Я, э-э, в некотором роде сирота…

– Эй, я тоже! – воскликнула Эппл Блум со слегка чрезмерным энтузиазмом. – Но у меня все еще есть сестра и брат. Я могу поделиться, если хочешь!

– Да, я тоже могу поделиться своей, – добавила Свити. – Иногда ее слишком много.

Эппл Блум прищурившись уставилась на единорожку.

– Погоди, а почему ты делишься своей сестрой, разве у тебя нет родителей?

– Ну есть, но как раз сестры у меня слишком много, – сухо ответила Свити, когда ей наконец удалось разобраться с импровизированным планом урока Твайлайт. На самом деле он был достаточно разумен. С этим можно было работать.

– Ах.

– Ладно, может, тогда начнем с чтения? – белая единорожка выбрала то, что, по ее мнению, было хорошим местом, чтобы начать урок, и положила записи обратно на стол, чтобы их могли видеть две другие пони. – Потому как я думаю, что если Твайлайт будет гордится нами, то скорее простит нас за предыдущий… инцидент.

Эппл Блум серьезно кивнула, а брови Скуталу поползли вверх.

– Погоди, какой инцидент?

Свити вздохнула и снова дважды постучала копытом по странице.

– Длинная история. Там были комнатные растения и воздушный шар, а потом дракон нашел топор, но потом его наказали, и я была очень высоко… Зачем мы вообще это сделали?

– Не хочу об этом говорить.

Скуталу все еще не имела ни малейшего понятия, кто такие эти пони, но она чувствовала необходимость стать с ними лучшими друзьями.

* * *

Улицы научили Флаттершай драться, и она дралась грязно. Твайлайт учил драться Шайнинг Армор, и поэтому она не пользовалась подлыми приемами. У Твайлайт было кое-что получше. Тренировки.

Флаттершай явно научилась хорошо защищаться, будучи хорошенькой кобылкой, которая ходила по множеству темных переулков, но настоящий спарринг, похоже, был за гранью ее возможностей. Оглушенная первым ударом, Твайлайт оказалась довольно сложным противником.

Иными словами, удар, хотя и ошеломляющий, наполнил Твайлайт ясностью, адреналином и заставил ее разум быстро войти в “боевой” режим. Если бы Флаттершай воспользовалась преимуществом внезапности, оно было бы очень быстро потеряно для нападающей, но вместо этого она замерла и начала колебаться. Удивление при нанесении первого удара.

Поэтому Твайлайт ткнула пегаску в глаз своей магией.

Удивление сменилось яростью, и с беззвучным криком – вероятно, слишком высоким для восприятия ушами млекопитающих – Флаттершай, с ее нежными глазами и красивым залатаным платьем, бросилась на свою противницу, осыпая дикими ударами и тычками, наступая вперед, тесня библиотекаршу.

Нет, не библиотекаршу, сейчас это была сестра офицера имперской армии. Твайлайт отступала назад с бесстрастным выражением мордочки, соблюдая предельную осторожность. Копыта аккуратно вели ее мимо полок, не натыкаясь ни на какие препятствия, позволяя полностью сосредоточиться на защите. Отступление вовсе не было проблемой. Расстояние было ресурсом, который можно было без малейшего стеснения тратить. Каждый шаг назад отмечался еще одним магическим ударом в нужные точки, почти случайным, но с анатомической точностью хирурга или, по крайней мере, въедливого читателя медицинских журналов.

Флаттершай становилась все неосмотрительнее и злее, даже когда слабые как комариные укусы удары били в суставы и нервные узлы, и пегаска обнаружила, что замедляется все больше и больше, поскольку ее конечности отказывались сгибаться так быстро или в те стороны, как ей хотелось бы. В отчаянии крылатая пони развернулась, сжавшись как пружина, чтобы лягнуть Твайлайт в голову сразу двумя задними ногами.

И они рванулись к своей цели.

Твайлайт поднырнула под ноги, подталкивая их все выше и выше своей магией – почти подвиг, но единорожке нужен был как можно более длинный рычаг – а затем уперлась в живот Флаттершай, подталкивая ее вверх и еще дальше, вначале поставив вертикально, после чего вообще перевернув на спину с громким “бум” и паническим писком в тот момент, когда пегаска поняла, что происходит.

Твайлайт стояла над ней, обе кобылы тяжело дышали.

– Извини, – пробормотала желтая пегаска.

– Нет, нет, я… Я тебя спровоцировала. Была немного резковата, – тяжело дыша, ответила единорожка. – Не возражаешь, если я сяду тут рядом с тобой? Кажется, у меня сотрясение.

Она снова прикоснулась копытцем к голове, медленно поворачивая ее из стороны в сторону.

– У меня определенно сотрясение мозга.

– Ох. Еще раз прошу прощения. Ах, – Флаттершай слабо постучала по полу возле головы, слева от себя. От Твайлайт справа. – Здесь нормально?

– Пойдет, – пробормотала единорожка, плюхнувшись на пол. – Знаешь, я действительно просто хочу помочь.

– Я начинаю это понимать…

– Эй, – Твайлайт ткнула пегаску в бок, улыбаясь, – мы можем быть друзьями? Ты кажешься очень милой.

– Ох, ничего себе. Я ударила тебя немного сильнее, чем думала, да?

Твайлайт тихонько хихикнула.

– Да, есть немного, наверное. Ты гордишься этим?

– Нет! – ахнула Флаттершай между попытками отдышаться, еще слишком слабая, чтобы поднять копыта ко рту, чтобы сделать жест, приличествующий моменту, и ноги просто плюхнулись обратно. – Я сгораю от стыда.

– Ох. Ну, ты вообще-то немного можешь гордиться, – Твайлайт медленно кивнула, оценивающе потирая челюсть. – Это был очень хороший удар.

– С-спасибо.

Они посидели так еще какое-то время, восстанавливая дыхание.

– Прости, – повторила Флаттершай.

– Да все круто. Ты просто… делаешь то, что считаешь правильным, да? Я просто не думаю, что это самое правильное, правильно? Но, эй!

Твайлайт улыбнулась пьяной, жизнерадостной улыбкой.

– Если бы мы были друзьями, ты бы не возражала, если бы я все делала правильно? Потому что у меня есть несколько действительно потрясающих планов, и я могла бы использовать помощь некоторых очень талантливых жеребят, и я могла бы научить их, – тут единорожка свела копыта вместе и медленно развела их максимально широко, как будто показывая, насколько большой была пойманная рыба, – та-а-а-а-ак многому.

– Ох. Э-э-э… А что за потрясающие планы?

Твайлайт улыбнулась и, наконец, сама упала на пол, положив голову рядом с Флаттершай, но глядя в другую сторону.

– Я хочу превратить кантерлотский вулкан в пушку.

Флаттершай моргнула, поворачивая голову – медленно, медленно! – чтобы посмотреть на обезумевшую единорожку рядом с ней.

– Правда? Я не думала, что ударила тебя так сильно.

– Нет, это вовсе не от сотрясения. Я давным-давно сделала расчеты для этого. У меня даже есть работающая модель в подвале, но возникли проблемы с потолком… Или полом? Я так и не определилась…

– Вы действительно замечательная кобыла, не так ли, мисс Спаркл?

– Замечательная мисс Спарклчательная!

Твайлайт улыбнулась и счастливо уснула. К счастью, слухи о том, что засыпать с сотрясением мозга опасно – это миф от начала и до конца.

Флаттершай долго смотрела на нее, не в силах сделать ничего другого, и тщательно обдумывала услышанное.

В конце концов, к тому времени, когда она снова смогла встать на копыта, пегаска приняла решение.

К началу ^
⇦ Назад
Далее ⇨

1 комментарий

— Ха! Мы все же одолели этого козла!
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.